Роман покончил с расшнуровкой камзола Майджстраля и, сняв с него оскорбительно белеющую пушинку, отнес и повесил платье в шкаф.

Дрейк достал бинокль и выглянул в окно — удостовериться в том, что детективы таки слоняются вокруг имения Гюйге.

Попадание в первую строчку рейтинга, как понял Майджстраль, гарантирует победителю, увы, излишнее внимание со стороны местных властей.

Полицейские оказались на своих местах — за кустарником. Детективы слишком дорожили своей репутацией, чтобы валяться на земле, поэтому вели себя так, словно слоняться за колючими зарослями — обычное занятие для нескольких потрепанных и кое-как одетых государственных служащих.

Майджстраль уповал только на то, что полисменам в конце концов придется в эти кустики залечь.

Роман молча завершил процесс переодевания хозяина, и Майджстраль прошествовал в кабинет, где Дрекслер, прильнув к окуляру микроскопа, предавался изучению структуры предмета воровского инвентаря, конкретно — радиоглушилки.

— Того и гляди нагрянут представители властей, — сообщил ему Майджстраль. — В Лувре состоялось успешное ограбление.

Дрекслер обернулся и глянул на Дрейка через плечо. Он был хозалихом, вошедшим в пору зрелости. Его рост — чуть ниже среднего — приравнивал его к высокому мужчине, но из-за плотной комплекции казалось, ему еще расти и расти.

— Прошу прощения, сэр, — сказал он, — однако вам не следовало, бы браться за дело в таком месте, как Лувр, без соответствующей поддержки.

— Я и не брался, — ответил Майджстраль. — Просто кто-то приурочил ограбление к моему визиту в музей.

Уши Дрекслера распрямились.